?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile Previous Previous
hellen46
Оригинал взят у blindnatasha в Хочу сказать Президенту В. В. Путину.

Владимир Владимирович!

За последнее время Вы очень сильно изменились.

К вам с возрастом пришла мудрость?

Вы вдруг узнаете о брошенных детях, вдруг узнаете, что этих детей усыновляют злодеи-американцы, и Вы быстро начинаете спасать детей от американского зла.

Теперь брошенных детей разберут российские приемные семьи? и мы ПОКАЖЕМ всему миру наше милосердие?

Но ваша мудрость не учла одного, что среди детдомовских детей есть дети-инвалиды, которые в силу тяжелых врожденных заболеваний живут очень мало, и в лучшем случае, дожив до двадцати лет, умирают.

Умирают потому, что в России нет современной медицины. Дети-калеки просто прикованы к детдомовским койкам и ждут …

Раньше они ждали американцев, этих "злых" приемных родителей, а теперь они ждут наших, российских?

Владимир Владимирович, детей с тяжелыми врожденными заболеваниями не усыновят наши семьи, так как таким детям необходима современная медицина, которой в России нет.

Сильной, современной медицины в России нет.

Вот я вам и открыла государственную тайну, которую от вас скрывали, а я узнала о ней, еще, когда родилась слепой.

Точный диагноз и причину слепоты мне поставили немецкие медики, затем американские, выявили дефектный ген. И в скором времени судьба мне предоставит возможность обрести зрение. И это произойдет во враждебной Америке.

Для российских врачей я ребенок с непонятной этиологией заболевания и однозначно неизлечимой слепотой, а в Германии и Америке я пациентка, которой врачи стараются вернуть зрение.

Когда я родилась и меня привезли домой, папа сразу увидел, что я слепая. Ну а наши врачи увидели это только через три месяца.

Потом родители водили меня по врачам, и в Ростове, и в Москве. Но кроме денежного вознаграждения, которое необходимо платить наличными в карман врачам, ничего я не узнала о своей слепоте, а родители после таких походов вздыхали и вспоминали не добрым словом руководство страны.

Владимир Владимирович, а вот вам и еще одна государственная тайна:

У российского государства нет денег на лечение детей. Поэтому по радио, в Интернете только и слышишь, просят россиян пожертвовать деньги детям на операцию в Германию, США, Израиль. Требуются большие суммы, потому как лечить собираются тяжелые, врожденные заболевания у маленьких российских детей, чтобы после операции этот ребенок мог хоть в какой-то мере жить, чуть дольше, и жить немного полноценнее. А лечить то будут за рубежом.

Господин Президент! Удивите нас еще одной вашей мудрой выходкой – усыновите пять, десять брошенных детей с тяжелыми врожденными заболеваниями и мы последуем вашему примеру.

Наташа Писаренко.

Leave a comment
Leave a comment
Leave a comment
Leave a comment
Leave a comment
Пятое декабря, Чистые пруды, день после выборов - Общество - Интерфакс
Leave a comment
http://youtu.be/LKmz_FwIypA
Leave a comment
Заявление о фабрикации уголовного преследования общественного деятеля Алексея Поднебесного Президенту Российской Федерации Д.А. Медведеву Министру внутренних дел РФ Р.Г. Нургалиеву Генеральному П.... http://democrator.ru/problem/5918
Leave a comment
"Добрые и злые феи подошли к колыбели человека и принесли ему свои дары. Самая злая из них подарила ему зависть. Возможно, это была переодетая фурия.
Пока люди живут на земле, они должны ладить, нахо­дить дорогу друг к другу, объединяться, помогать один другому. Иначе земля разверзнется под ними и небо расколется над их головой. Но зависть — сильнейшее средство развала: его выдумал когда-то мастер «Врозь» и «Друг против друга».
Для того, чтобы ладить, людям надо «прощать» друг другу свою непохожесть, свои преимущества, свое первен­ство. Не только в обладании состоянием, но во всем: ты умен, одарен, образован, красив, силен, богат, высоко стоишь по службе — я нет, ты — наверху, я — внизу; ладно, я принимаю это, я довольствуюсь этим... Мой «низ» меня устраивает; он для меня достаточно «высок»; оставайся выше меня, если можешь и если тебе это нравится. Я не завидую тебе. Если же мне станет недоста­точно моего «низа», я буду бороться за «больше» и «луч­ше», но не желая отнять у тебя твоего. Я буду трудиться; творчески работать; перемещу себя «вверх» — в соревно­вании, но без зависти. Ты только оставайся «наверху»; я поднимусь, к тебе.
Соревнование как внутренняя побудительная причи­на — явление здоровое, созидательное, братское. Его формула разумна и нравственна. Она гласит: «Я, и ты, и он! Мы все! Вместе — вопреки противостоянию вместе друг с другом! Да здравствует качество!»
Зависть — как внутренняя побудительная причина,— напротив, болезненна, разрушительна, враждебна. Ее формула — неразумна и безнравственна. Она гласит:
«Я, а не ты и не он! Я один! Пошли все вон! То, что не ста­нет моим, — пусть погибнет!» А так как «моим» может быть лишь малая толика, в зависти дремлет инстинкт убийства и разрушения.
Зависть — прежде всего скупость и алчность. Она ненасытна, как любопытство; она означает тем самым — вечную бедность, вечную заботу, вечно плохое настроение; всякую удачу она превращает в неудачу и оставляет человека бедствовать в безнадежном одиночестве. Жесто­кий завистник — зложелатель: он обижается на человека за чужое счастье; его задевает всякий чужой успех; любое положительное качество в другом мучит его как рана на сердце; гнев лишившегося на обладателя наполняет его; как ярость неполноценного, постоянно чувствующе­го свою неполноценность, а поэтому пристрастно отме­чающего чужое превосходство. К «делу» он даже не подступается: он застревает в борьбе между «я» и «ты»; и в этой вечной борьбе изводит себя самого и своего противника. Если же его ярость расширяется до социаль­ной программы, тогда она выливается в классовую борьбу; и начинается марксистская гражданская война.
Где же спасение и утешение? В искусстве не зави­довать. Оно вовсе не сложно. Дари каждому то, что у него и так есть; и не копайся непрестанно в собственной неполноценности. Отбрось это жалкое «вычитание» — твоей мнимой «малости» из якобы чужого «превосход­ства». Знай, ты сам стоишь «сложения». Поднимайся вверх, не сталкивая вниз другого. Не завидуй! Не зави­дуй! И — самое важное — научись в большом деле забывать о себе!"
Прочитала на сайте Евгения Миронова следующее: "После обнародования идеи театрального квартала я уловил некое поле недоброжелательности. И, честно говоря, я очень расстроился, даже впал в кратковременную депрессию – у меня в голове не укладывается, почему это происходит. Я же не для себя стараюсь."
Поле недоброжелательности состоит из завистливых людей.
Евгений умеет самое главное - в большом деле забывать о себе. Театр Наций - театр государственный. Идея создания театрального квартала замечательна. Я бы расширила представление до создания квартала культуры, в котором было место и для творчества поэтов, художников... Дай Бог , чтобы это осуществилось.
5 comments or Leave a comment
Наше время принесло людям страдания, скажем прямо, беспримерные в истории; и конца этой эпохи ещё не видно. И тот, кто даст себе труд вдуматься и вчувствоваться в развёртывающиеся за двадцатый век мировые события, тот быстро нащупает их главный источник — человеческую зависть. Эти события как бы подводят итог предшествующим векам — их развитию, их вырождению и их доктринам.
Зависть, конечно, не новое явление в истории. С акта зависти начинается Библия (Каин и Авель); о первозданном акте зависти повествует египетский миф (злой и коварный Сэт убивает благостного Озириса)… В мире всегда были завистники, ожесточавшиеся от всякого чужого преимущества. Но никогда ещё в истории зависть не становилась главным движущим фактором, руководящей лжеидеей мирового кризиса. А в наши дни зависть не только осознала себя, но и выговорила себя как доктрину, превратилась в мировой заговор (точнее — в несколько параллельных мировых заговоров!) и выработала программу, систему борьбы и организацию. Она становится основным побуждением народов или как бы тем отравленным воздухом, которым дышит современная масса. Почему? Как это сложилось? Чем это объясняется?
Ответить на эти вопросы мы можем здесь только вкратце, с тем, чтобы наши читатели и единомышленники сами додумали всё до конца…
1. — Различие между богатыми и бедными было всегда и будет всегда. Но развитие машинной техники и капиталистического производства — резко противопоставило друг другу всё возрастающее богатство одних и всё возрастающую зависть других, бедных. Производственная беспомощность бедной массы населения — является первым источником обострённой зависти; именно — не просто бедность (с нею люди всегда справлялись), а полная хозяйственная беспомощность, безработица, абсолютная зависимость неимущего от имущего. Этого не должно быть никогда и нигде; об этом должна быть постоянная забота государства.
2. — Рано или поздно от этого должна была вспыхнуть массовая зависть: «почему ты, а не я? твоё, а не моё?». Отсюда и возникло учение о противоположности и непримиримости социальных классов, желание перераспределения имущества, доктрина революционной мести и классового ограбления. Эта доктрина с самого начала отрицала духовный, религиозный и нравственный фактор истории, а признавала только хозяйственно-имущественный, «материальный» фактор. Идея «материи», «материализма» получила затем ложно-философское истолкование, что означало сразу: а) «на свете реальна только материя», «ни Бога, ни духа нет», б) имущественно — хозяйственно — производственные условия («материя») решают все вопросы истории и культуры. Плоские души с формальным мышлением сразу и навсегда удовлетворяются этой ничего не объясняющей пошлостью, и вот, из зависти родится доктрина безбожия и безнравственности — экономический материализм. У людей неволевых и бестемпераментных («меньшевики») всё это прикрывается понятием социального равенства, принимаемого за «справедливость»; у волевых и аморальных людей слагается учение тоталитарного большевизма-коммунизма.
3. — Отсюда возникла и современная доктрина социализма-коммунизма. Личный дух рассматривается как начало антисоциального произвола и анархии. Надо передать всё — в полное ведение и распоряжение государства. Но во главе государства становится вместо прежней элиты — новая элита, элита зависти и экономического материализма. Она всё отбирает, всё перераспределяет и всё организует из единого тоталитарного центра. Она дышит классовой идеей, классовой завистью и ненавистью, местью и расправой. Социализм по самой природе своей завистлив, тоталитарен и террористичен; а коммунизм отличается от него только тем, что он проявляет эти особенности открыто, беззастенчиво и свирепо.
4. — Этим определяется и характер новой «элиты». Она поднимается снизу и проходит школу чужемыслия и слепой покорности. Это суть люди с величайшими претензиями (продиктованными слепою завистью) — они притязают на всепонимание, всеумение и всемогущество; и в то же время это — люди лично и духовно нисколько не оформленные; у них нет ни религии, ни совести, ни правосознания, ни художественного вкуса, ни очевидности. Говоря словами Аристотеля, это — «рабы от природы, которые достаточно причастны уму, чтобы понимать чужие мысли» (Маркса, Ленина, Сталина), «но недостаточно, чтобы иметь свои»… Они их и не имеют: повторяют без конца затвержённые чужие формулы и влагают в них свой неисчерпаемый заряд зависти и карьеризма.
5. — Так слагается и протекает современный мировой переворот: всплывают новые силы — новые диктаторы, новые классы, новые нации. Эти диктаторы принадлежат к полуинтеллигенции (см. пункт 6), думают упрощающе, не ведают ни правосознания, ни чувства ответственности, но одержимы волею к необузданной власти. Эти новые классы не имеют ни малейшего представления о религии, о душе и о культуре; они ценят только технику и власть, и покупают себе власть ценою холопского подчинения; сами застращённые, они умеют править только страхом; из зависти рождённые, они разумеют только то, что её насыщает.
Эти новые национальности, не имеющие истории, не выносившие ни творческого созерцания, ни духовного акта, раздвигают и разлагают культурных соседей, с тем, чтобы занять их место и водворить духовно-культурную пустоту, — своё ничтожество, — на место прежних духовных садов и виноградников. Мир длится и дробится, от этого слабеет и выходит навстречу величайшей опасности в состоянии безсилия.
6. — Всем этим процессом руководит та социальная среда, которая от начала была лучшим рассадником зависти: это мировая полуинтеллигенция.
Полуинтеллигент есть человек весьма типичный для нашего времени. Он не имеет законченного образования, но наслушался и начитался достаточно, чтобы импонировать другим «умственною словесностью». В сущности, он не знает и не имеет ничего, но отнюдь не знает, где кончается его знание и умение. Он не имеет своих мыслей, но застращивает себя и других чужими, штампованными формулами; а когда он пытается высказать что-нибудь самостоятельное, то сразу обнаруживает своё убожество. Сложность и утончённость мира, как Предмета, совершенно недоступна ему: для него всё просто, всё доступно, всё решается с плеча и с апломбом. Главный орган его — это чувственное восприятие, обработанное плоским рассудком. Духа он не ведает; над религией посмеивается; в совесть не верит; честность есть для него «понятие относительное». Зато он верит в технику, в силу лжи и интриги, в позволенность порока. «Полунаука», пишет Достоевский, «самый страшный бич человечества, хуже мора, голода и войны. Полунаука — это деспот, каких ещё не приходило до сих пор никогда. Деспот, имеющий своих жрецов и рабов, деспот, перед которым всё преклонилось с любовью и с суеверием, до сих пор немыслимым, перед которым трепещет даже сама Наука и постыдно потакает ему» («Бесы»).
И при этом он знает о своей полуинтеллигентности: он обижен ею, он не прощает её другим, он завидует, мстит и добивается во всём первенства: он ненасытно честолюбив и властолюбив. И легко усваивает и практикует искусство — играть на чужой, на массовой зависти.
Таково большинство революционеров. Достоевский показал «подпольную» жизнь такой души — её бешеную обидчивость и уязвляющееся самолюбие. Коммунизм развернул это царство пошлости и безбожия, обезьянего подражания и самодовольного «изображения».
7. — Именно в этой среде созрела химера всеобщего равенства и предрассудок всеобщей свободы.
Именно здесь идея справедливости была подменена «уравнением»: вот она, французская революция, требовавшая сноса всех колоколен, как оскорбляющих чувство равенства; вот она, иронически-гениальная формула германского поэта Эйхендорфа: срезать верхи, пока все не станут оборванцами; вот лозунг Степана Разина, «чтобы всяк всякому был равен». Доктрина, направленная сразу против Бога, против природы и против справедливости. Вещие строки записаны у Достоевского в «Бесах»: «Рабы должны быть равны… Не надо образования, довольно науки!… Жажда образования есть уже жажда аристократическая. Чуть-чуть семейство или любовь, вот уже и желание собственности. Мы уморим желание; мы пустим пьянство, сплетни, донос, мы пустим неслыханный разврат; мы всякого гения потушим в младенчестве. Всё к одному знаменателю, полное равенство»…
Здесь же зародилась и созрела лжеидея недуховной свободы: не свободы веры и Богосозерцания, а свободы безбожия; не свободы совести, а свободы от совести — от ответственности, от духа, от вкуса, от правосознания. Всё это мешало зависти и завистнику; и всё это было низвергнуто. Свобода стала разнузданностью в нравах, бесформенностью в искусстве, тоталитарностью в политике (свобода власти и произвола).
8. — Всё это привело к величайшему религиозному кризису, известному в человеческой истории. Люди не «утратили Бога», как было в эпоху падения язычества, а ополчились на самую идею Бога; они стремятся скомпрометировать и разложить религиозный акт души; они готовы искоренить на земле всех верующих. В истории человечества меркнут и исчезают чувства священного, тайны, созерцания, благоговения, ответственности, греха и зла. Остаётся одна пошлость и одно злодейство. Фридрих Ницше возвеличил эти остатки культуры и призвал людей к дерзающему преступлению.
9. — Замечательно, что этому соответствует рост человеческого народонаселения во всех частях света. Количество людей исчисляется уже миллиардами. Плотность населения всё возрастает. Города становятся какими-то «Вавилонами» и разрастаются вширь без меры. Это обостряет конкуренцию и многозаботливость жизни; это разжигает зависть и жажду обогащения на любых путях. Мало того — это ведёт к истребительным международным войнам, которые равносильны самоистреблению человечества. Вопрос перенаселения земли разрешается по способу массового убийства — войнами и революциями. И там, где медицина и гигиена находят всё новые способы оградить человечество от болезней и эпидемий, и продлить человеческую жизнь, там вступает в свои права процесс массового убиения людей: класс против класса, государство против государства.
10. — Понятно, как воздействует на рост социальной зависти технический прогресс. Невозможное становится возможным; пространство побеждается; воздух завоёвывается; комфорт избаловывает людей; развлечения умножаются и принимают всё новые формы; претенциозность и зависть всё возрастают, а демократический строй поощряет людское самомнение: переоценку своей особы и склонность не брезгать никакими путями и средствами для достижения желанного. Теперь всякий рабочий имеет велосипед, всякий лавочник — автомобиль, всякая кухарка— свой несмолкающий радиоаппарат. Всякой лягушке предносится облик ещё не достигнутого по её размерам вола (Крылов); всякому «гитлеру» снится диктатура; всякая горничная собирается в кругосветное путешествие; всякий лодырь имеет право отравлять вам жизнь своей мотоциклеткой. Техника снижает духовный уровень жизни по всей линии: шум импонирует массе, радиовыкрики и граммофонные диски становятся всё пошлее, «кино» демагогирует толпу, товары снижаются в качестве, падение газетного уровня пугает и удручает. Земные «утехи» и «развлечения» манят людей. Жажда наслаждений растет, а с нею вместе и воля к богатству и власти. Трезвые удержи слабеют, мудрая мера утрачивается, порок не отталкивает; современный человек верит в свою окончательную смертность, но не верит в своё бессмертие и в вечную жизнь; и самая молодость кажется ему кратким и непрочным даром. Поэтому он торопится; ему «некогда». Обманчивые радости естества кажутся ему главными или даже единственными. И вот он спешит улучшить или использовать свою «земную конъюнктуру», он боится «упустить» и «не успеть». Совесть его смолкает, честью он не дорожит. Он начинает ломить без стыда и «оправдывает» свою дерзость нравственным релятивизмом («всё условно»). Расталкивая друг друга, люди добиваются «лучшего» и «большего» и затаптывают слабых и беззащитных на смерть. И уже трудно бывает отличить — человека от зверя, партию от шайки, парламентария от взяточника-авантюриста, народ от черни. Люди нашего времени утрачивают духовный хребет: они одержимы завистью и жадностью.
Вот откуда эти новые в истории образы порочности: политических разбойников, профессиональных предателей, партийных палачей, садистов государственности, врагов благочестия, артистов клеветы, истребителей праведности, откровенных лжецов, закулисных властолюбцев и т. д…
(1 июля 1952)
10 comments or Leave a comment